Микродрама чайных пакетиков. Художник Иван Языков — о своей выставке в Музее Москвы

31 марта в Музее Москвы около станции метро «Парк Культуры» завершается выставка художника Ивана Языкова «Страна одноразовых вещей». Ирина Меркулова сходила на выставку, задумалась о превращении в ватную палочку или меланхоличный карандаш и поговорила с Языковым не только о картинах, но и о его детстве в коммунальной квартире, первых московских рейв-вечеринках и санатории художников в Гурзуфе.


Престарелые карандаши в очереди на реставрацию, снеговики, сдающие свои тела на переработку в снежный ком, учреждение по протаптыванию следов любых размеров, школа починки вечных двигателей, музей пыли всех сортов и учреждение по ремонту одноразовой тары — Иван Языков пытается представить и оживить тот мир (а по масштабам уже целую вселенную), куда мусоровоз отвозит произведенные нами тонны отходов. Мир этот явно бессмысленный, деструктивный и, конечно, медленно возвращающийся к нам — особенно явно в последние два года, когда запах свалок накрыл Волоколамск и другие подмосковные города.

фрагмент картины «Мир одноразовых вещей»

Одноразовая посуда, кнопки и гвозди, яичная скорлупа и упаковка, пластиковые бутылки и алюминиевые банки на полотне Языкова оживают, создают свой город, разделяют сами себя (как будто сетуя, что их поленился разделить и отправить в переработку человек) и начинают жить собственной жизнью в невероятных инстанциях, где благодаря антропоморфизации становятся одновременно и гротескными работниками, и объектами починки и обслуживания. Ватные палочки стоят в очереди на переплет, а потерявшие свои кончики и секущиеся шнурки ботинки читают или ожидают перед трюмо своей очереди на восстановление.

Языков дарит зрителю утопическое предположение, что в том мире, все, возможно, не так бессмысленно, как в нашем мире бесконечного потребления. Если раньше – в силу дефицита и хозяйственном устройстве, основанном на наследстве, а не на бесконечном обновлении вещей — жизнь вещей была сравнима с человеческой по длительности, а нередко превышала ее, то сейчас она исчисляется минутами и часами, самое большее — парой лет.

«Мир одноразовых вещей» Языкова гармоничен: умиротворяющий пейзаж невольно заставляет вспомнить «Итальянский пейзаж» или приморские виды Воробьева, а фантастические учреждения, прорисованные так тщательно, кажутся такими же реальными, как петровские дворцы с гравюр Ростовцева. Но гармоничность не более чем горькая ирония. Такая же, как авторское посвящение «Мира одноразовых вещей» соседям по коммуналке.

А.И.Ростовцев. Дворец Меньшикова

В выдуманную автором страну хочется попасть из реального мира, его круговорота вещей, витрин общепита и кофейных будок с длинными трубами одноразовых стаканчиков, чтобы встать рядом с очеловеченными изогнутыми кнопками, ватными палочками, меланхоличными карандашами или заниматься вместе с птицами, собаками и другими жителями сосредоточенным протаптыванием следов в фантасмагорическом мире Языкова.

Иван Языков

Про ведуты

(ведуты — жанр европейской живописи XVIII века, детальное изображение повседневного городского пейзажа)

Когда мы готовились к институту, то у нас в группе был мальчик Костя Торчков. Мы ходили заниматься на Кропоткинскую. Преподавательница сажала в одну комнату нас, а Костю, как мальчика особо гениального, отсаживала в другую комнату, чтобы мы его не испортили. Это она, конечно, неправильно делала.

фрагмент картины «Мир одноразовых вещей»

Он был очень застенчивый, тихий, рисовал тонко натюрморты, книжные полки и портреты пером, тонко так растушевывал, а потом еще заливал акварелью. Я помню, что приехал в гости к нему, смотрел его рисунки, балдел от того, что он делает и решил, что тоже буду делать это.

Так началась графика. Цвет в моем понимании что-то несуществующее. В природе цветов как бы не существует. Есть такая теория, что все поверхности, если смотреть на наноуровне, бесцветные, они просто различные фактуры зеркал, которые имеют различное преломление света.

Черно-белая палитра более точная. Рапидограф — то, чем я работаю, — чертежный инструмент, он точный и относится к графике — к чертежам и к шрифту. И вообще, шрифт был профилирующим предметом в Строгановке, где я учился.

Ребус №12

Например, есть у меня серия «Ребусы». Помните, в детских журналах страницы с загадками и ребусами всегда были черно-белые. Найди 10 отличий. Или почему кроссворд черно-белый? В моем детском воспоминании они не имеют цвета, поэтому я специально убираю цвета, чтобы оголить смысловую составляющую. В «Ребусах» фонема диктует всю композицию.

Про коммунальную квартиру

(выставка посвящена соседям по коммуналке, где долго жил Языков)

Когда пришлось в какой-то момент съехать с коммуналки, я приехал обратно в спальный район, где жил до этого, то не понял, почему пространство в этих домах так нелогично устроено. Почему нельзя снести стены между квартирами или сделать так, чтобы как-то открыто работал общий коридор.

Это вообще тема [художника Ильи] Кабакова, он воспевал коммунальную квартиру. И то, что всё это уходит, очень грустно для меня. Питер — еще коммунальный город, в Москве же очень мало осталось коммуналок.

Инсталляция Ильи Кабакова «Туалет»

Ну и потом, мне очень повезло с соседями. 7 лет прошло, а я помню ощущение, как засыпаешь ночью и перед сном всегда думаешь: «Какая замечательная Нурджамал!», «Какая замечательная Фатима», «Какой Ербол». Очень много жило со мной казахов. Чудесные просто люди — они работали при Казахском посольстве, у них всех были высокие должности.

Я в коммуналке научился тому, что нет плохих людей, нужно к каждому иметь свой подход. Я там совершенно со всеми комфортно жил – как рыба в воде. Дружил со всеми. Жили прекрасно — один туалет на 30 человек, но никогда очередей не было. На кухне все встретятся, поговорят о чем-то. Это очень важно.

Иван Языков

Наша коммуналка — удивительное пространство старой Москвы, огромный длинный коридор и много комнат. Все было уже обшарпанное, на честном слове держалось, но все равно это был дворец. Такой планировки сейчас не найдешь ни в каком современном доме, в ней была такая торжественность.

И Владимир Дмитриевич, он с 1963 года жил в этой квартире, ему было за 70, привносил дополнительную торжественность. Он заходил периодически ко мне — а я как раз там начал рисовать «Мир одноразовых вещей» — и говорил: «Иван Николаевич! Извините, пожалуйста, не могу ли я поинтересоваться, потому что мы имеем сильное беспокойство относительно того, как продвигается ваша работа, а также предложить вам этот пирожок». И ты ему отвечаешь соответственно. Это была такая хорошая шутливая торжественность.

Про серию «Микродрамы»

В них воспевается все обреченное. Стул качается, кофе разливается. Или щель вот в паркете. Что может быть между паркетин? Такая фигня меня волнует.

У меня такой есть триптих – с него все началось, на Остоженке я его сделал, про газетку за окном. Я коллекционер этих микродрам. Есть очень важные, хорошо получившиеся, а есть неудачные. Я попытался впихнуть в “Мир одноразовых вещей” побольше микродрам.

Тогда я задумался, почему у меня, как автора, есть желание к собирательству? И я начал вспоминать свое детство, свою перестроечную молодость – тогда все всё собирали. Значки, пластинки, вкладыши. У меня был друг, который заклеил всю комнату портретами Брюса Ли – это был предмет его гордости, он ездил и специально искал новые портреты на Рижском рынке. У каждого был дома альбом с марками, ими менялись. Пивные банки были как иконостас. Или пачки сигарет иностранные. Монеты.

фрагмент картины «Мир одноразовых вещей»

У меня есть проект “Отрывной календарь”. Около 200 миниатюр из 365 я уже нарисовал, даже больше. Сам контекст этого календаря, что листок уже обречен на выбрасывание. Форма календаря подходит для моей истории.

Про «Мир одноразовых вещей»

«Мир одноразовых вещей» — это страна по ремонту элементов микродрам. Это гимн уюту, моей любви к коммунальной квартире, к состоянию уюта моего личного. А одноразовое как раз – обреченное на выбрасывание – это метафора. И это не относится к теме окружающей среды вообще никак.

Мне нравится, чтобы композиционно было тесно, мне мало места – работы все увеличиваются и увеличиваются. И интерес к собирательству, собиранию. Моя «Азбука» — это коллекция профессий. То есть я как будто коллекционер. Здесь, в «Мире одноразовых вещей» я собираю микродрамы. Очень хорошая для меня микродрама — когда упала бумажка в чай. Она всем известна, но никто ее не воспоет. И я коллекционер этих микродрам.

Буква «Е» из азбуки Языкова

Картина такая про труд в общем-то. Люди трудятся. Сейчас такое время, робототехника отнимает огромное количество работы с каждым днем у людей.

Читал, что в одной Ярославской области 10 заводов закрылось. Происходит тотальное отбирание профессий у людей. А человеку нужно чем-то заниматься обязательно, иначе он сходит с ума. С другой стороны, мне видится, что в конечном итоге в будущем у каждого будет дома минифирма, будет такое натуральное хозяйство, все будут обмениваться какими-то продуктами. Электронные штуки будут сами печататься. Игрушки, например. Сколько было заводов по изготовлению игрушек. А теперь скачал любую игрушку, и распечатал на 3D-принтере. Сколько рабочих мест теряется.

Еще «Мир одноразовых вещей» это картина-портрет. Издалека ее фрагменты образуют плечевой пояс, стаканчик – голова. А человек – это сосуд в каком-то смысле: на 90% состоит из воды, всю жизнь пропускает через себя воду, а также является знаком и символом всех одноразовых вещей. Одноразовые, обреченные и забытые объекты взяты в картину потому, что ломать – не строить. Это словно намек, раз такие мелкие предметы реставрируют, то может и обычные не стоит ломать.

Про Гурзуф

Я езжу туда каждый год и провожу там по полгода – с начала мая до конца октября. Это такой оазис СССР. Дом творчества и санаторий, куда все могут приезжать, не только художники. Там не ресепшн, а вахтер.

Дом творчества имени Коровина в Гурзуфе

Туда приезжают творческие группы на пленэры. Коровин построил два здания, а позже было построено остальное. В том, котором художники в основном и останавливаются, высоченные пятиметровые потолки, старый огромный деревянный балкон с витражами.

Про рейв

Я вырос на танцполе, это мой второй дом. Первые рейвы были классные: Тимур Новиков привез Gagarin party, еще была «Мобиле» на велотреке в Крылатском. Вечеринки в планетарии. Была огромная компания друзей, знакомых фриков, которые подрабатывали моделями – по подиуму ходили. Показ – обязательная часть программы на рейве.

Афиша Gagarin party 1991 года

У нас не было денег, и мы пытались туда своими способами попасть. Самый крутой был в планетарии, и мы полезли с другом Петей на лестницу, ведущую к куполу. Дальше – люк. Внутри, под куполом, тоже была лестница, по которой мы спустились вниз, в темноте. В конце стоял милиционер, который сказал «Идите отсюда». Мы умоляли его на пустить, и он пропустил.

На первых рейвах было более романтично и странно, конечно. Танцевали очень странно – никто не знал, как надо правильно танцевать. Я тогда слушал «Алису», ДДТ, Стинга, «Кино», Крис де Бурга. Но я сходил на первую Gagarin party, и у меня просто за одну ночь все перевернулось. У меня полностью поменялась одежда. Я совершенно забыл прежнюю музыку. Это было просто открытие для меня. Наверное, это карнавал, который всех объединяет.

Gagarin party проходила еще в павильоне «Космос» на ВДНХ. Там такой длинный проход, коридор и стоят экспонаты. С утра, когда мы уходили, были горы мусора – банки, бутылки. Космос, космический аппарат и горы мусора.

Я был диджеем, учился сам. У меня была вертушка — советская «Электроника». Сейчас я играю с флейтистом, он импровизирует. Не дискотечный вариант. Но это не основное занятие.

Про современных художников и арт-тусовку

Любимые художники — Ян Артюс Бертран, Поль Нобл. Саша Пономарев крутой. Просто обожаю Френсиса Бэкона.

Фотография Яна Артюса Бертрана

Замечательно совершенно, когда много лиц и все здороваются. Обнимаешься с ними, а потом думаешь: никого и не знаешь, как зовут. Но ты дико всех любишь и вообще, это общий такой единый организм. Я помню, стою в гардеробе, стоит рядом девушка, одевается. И я говорю: «Мы тень от пыли, мы не то что пыль, мы тень от пыли» (вольная цитата из оды Горация: “Мы лишь прах и тень” – прим.авт.). И она мне: «Ну, лично ты, может быть, и пыль, а я – нет».

автор: Ирина Меркулова

Микродрама чайных пакетиков. Художник Иван Языков — о своей выставке в Музее Москвы: 2 комментария

  1. Этот комментарий стоит начать с цитаты из авторского текста: «… в конечном итоге в будущем у каждого будет дома минифирма, будет такое натуральное хозяйство, все будут обмениваться какими-то продуктами. Электронные штуки будут сами печататься. Игрушки, например». Это напоминает описание феодализма по школьным учебникам истории — замкнутое натуральное хозяйство сложившееся так потому что большинство продукции производится для собственного потребления и очень ограниченное количество для обмена с соседями. В Хамовниках также многие дома стараются отгородится от соседних домов, а любимыми игрушками взрослых являются шлагбаумы и иные аналогичные по назначению ограждающие устройства. Вот для иллюстрации три решения Совета депутатов посвященных одному и тому же шлагбауму. В РЕШЕНИЕ от 23 января 2014г. № 1/13 Совет депутатов согласовал: «установку ограждающего устройства в виде шлагбаума на придомовой территории многоквартирного жилого дома по адресу: г.Москва, Смоленская ул.,д.7 при условии обеспечения беспрепятственного проезда к государственному образовательному учреждению «Детский сад». Прошло пять лет и Решением от 14 марта 2019 г. № 4/7 — «в связи с обращением собственников многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: Смоленская улица, дом 7» — Совет депутатов решил отменить РЕШЕНИЕ от 23 января 2014г. № 1/13. Но в тот же день Совет депутатов принял Решение от 14.03.2019 № 4/6 о том, чтобы: «Согласовать установку ограждающего устройства виде одного автоматического шлагбаума на придомовой территории многоквартирного дома по адресу: Смоленская ул., д.7 (Приложение)». Неискушенный читатель подумает что всё дело в том, что в первом решении речь шла просто о шлагбауме, а в последнем решении речь уже идет об автоматическом шлагбауме. Но нет — и тогда и сейчас речь по факту шла об автоматическом шлагбауме. Просто в последнем решении исчезло упоминание о Детском саде. Но сам Детский сад никуда не исчез, так как на «Схеме размещения шлагбаума по адресу: Смоленская ул., д.7» (которая указана в качестве Приложения к Решению №4/6) под цифрой 3 значатся: «Существующие ворота с проходом отделяющие территорию детского сада». Кто поставил эти ворота, как они открываются и закрываются ни в Решении 4/6 ни на Схеме не поясняется. При этом в Решении 4/6 содержится загадочная фраза следующего содержания: «Собственники помещений в многоквартирном доме при установке и последующей эксплуатации ограждающих устройств на придомовых территориях обеспечивают круглосуточный и беспрепятственный проезд на придомовую территорию пожарной техники, скорой медицинской помощи, служб МЧС …». Возникает закономерный вопрос — если согласовали только один шлагбаум на придомовой территории дома 7, то откуда возьмутся ограждающие устройства на придомовых территориях во множественном числе ? Если же таким способом производится некая легализация неавтоматических ворот не обеспечивающих круглосуточный проезд к территории детского сада, то это уже не игрушки ! Конечно некоторые жители района могут думать, что не оформим юридически землю прилегающую к дому, а просто огородив ее столбиками как феодальное поместье в Англии в эпоху «огораживания» (enclosure) при Тюдорах можно уже не обращать внимание на соседей. А некоторые жители даже могут считать, что депутаты — это слуги народа. И конечно могут найтись и такие жители, которые считают, что в то время, когда они сами свободно передвигаются по всему миру в их дворе должны стоять заборы, ворота и шлагбаумы, которые не позволят никому постороннему свободно передвигаться по ИХ двору. Но сами депутаты вправе считать себя не слугами общественных советников управы района, а волонтёрами свободы !!!
    „Господин Линкольн, Вы сами чистите себе ботинки?
    — Да. А чьи ботинки чистите Вы?“— Авраам Линкольн 16-й президент США 1809 — 1865 (Иностранный дипломат увидел, как Линкольн в своем кабинете начищает себе ботинки).

  2. Вот ещё одно дополнение к данной теме. Начнём его со следующей цитаты автора статьи: «Жили прекрасно — один туалет на 30 человек, но никогда очередей не было. На кухне все встретятся, поговорят о чем-то. Это очень важно». Про кухню и туалет сказано, а как же обстояло дело с ванной ? Её в такой большой коммунальной квартире могло и не быть, а если и была то не все могли воспользоваться в удобное время. И тогда люди шли мыться в общественные бани. В Хамовниках это Усачёвские бани. И вот в прошлом году Совет депутатов муниципального округа Хамовники принял очень тревожное решение. Это Решение от 01 июня 2018 г. № 12 /11 «О ситуации в связи с возможным закрытием «Усачевских бань». Но прошло меньше года и вот свежая новость-открытие Усачевских бань намечено на 21 марта 2019 г. Но с одной оговоркой — «Милые дамы, женское отделение мы планируем открыть в конце апреля!». А вот здесь как раз возникает вопрос с реализацией Решения от 01 июня 2018 г. № 12 /11, так как в последнем пункте этого Решения указано, что: «7.Контроль за выполнением настоящего решения возложить на Главу муниципального округа». И в качестве Главы указана прежняя Глава округа. Но за месяц до этого состоялось Решение от 17 мая 2018 г. № 11 /1 «Об избрании главы муниципального округа Хамовники» согласно которому избрана новая Глава округа. Поэтому у жителей вполне логично может возникнуть вопрос — кто пойдет проверять в следующем месяце выполнение Решения от 01 июня 2018 г. № 12 /11 — прежний или новый глава или же обе вместе ?? И конечно будем надеяться, что отчет об этом посещении в любом случае будет размещен как на официальном Интернет-сайте муниципального округа, так и здесь на МОХе !!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *